Как ни странно на плантациях я только о том и думал, как однажды стану пить эту хрень по два раза на день. Наверное, оттого, что видел эти чёртовы зёрна каждый божий час, держал их в руках, но ни разу не пробовал сделанный из них напиток. На Земле всё было как раз по-другому, я пил, ел, да и вообще пользовался всем тем, о производстве чего был ни сном, ни духом. Нет, знал, конечно, что тот же кофе где-то там выращивают в виде кустиков, но чтобы так… собственными руками прочувствовать это чревлово производство и не попробовать…
Однако, после того как «вырвался» на свободу, я айкас так ни разу и не попил. И вот теперь делал первый глоток.
Ничего особенного, мать твою. И чего два года парился?
— Бери бизелье, — подвинул тарелочку ближе к Лионе.
Помотала головой, потом добавила.
— Спасибо, не хочу.
Понятно, фигуру бережёт.
— А твой отец тут? — спросил, чтобы не затягивались паузы, да и интересно в принципе стало.
Она хихикнула как-то победоносно.
— Если бы он был тут, я бы сюда не пришла. Папа у меня очень строгий. А сейчас он на Северных Воротах. Там хорошие целители важнее.
Пока она говорила, я едва сдерживался, чтоб не засмеяться. Слово папа она произнесла с ударением на второй слог, отчего получалось совсем уж смешно даже для этого мира.
Светило уже зашло за Кромь, и хозяин таверны «включил» два магических светильника, прикрепленных к длинным жердям. Сами жерди были приставлены к повозкам и привязаны к большим колёсам снизу и сверху обода.
В размытом жёлтовато-белом сиянии Лиона смотрелась очень возбуждающе, и я тут же пожалел, что, скорее всего, ничего такого не будет. Слишком она правильная девочка. Поэтому, когда провожал её, напрочь выкинул из головы все пошлые мысли, отчего был застигнут врасплох.
Лиона буквально повисла на мне, едва мы подошли к её повозке. Прижалась своим стройным телом с такой силой, что я на некоторое время опешил. И откуда столько силы у девушки? Казалось, попробуй я сейчас оторвать её от себя, и у меня ничего бы не получилось. Да и не было у меня желания отрывать.
Наоборот, прижал ещё сильнее, в полумраке нашёл губами её губы и впился в них, словно вампир в шею жертвы. Потом поднял на руки, подсадил и следом сам полез в повозку, расстегивая на ходу ремень с ножнами. Снова поцелуй, быстрый и сильный, лишённый признаков нежности. Только животная страсть.
Но попутно отметил её неумелость, такое ощущение, что она спешила отдаться, чтобы скрыть свою неуклюжесть в этом деле. В какой-то момент я даже подумал, что она ещё девственница. Но оказалось — нет.
Я быстро стащил с неё все эти юбки и кружевные панталончики, расстегнул брюки, она в этот миг как-то напряглась, замерла. Потом вдруг выдохнула спешно.
— Меня в шестнадцать изнасиловали.
Хотел было ответить что-то утешающее, но промолчал и снова стал целовать. Она вроде расслабилась, но не полностью. Всё ждала, видимо, как я отреагирую на её банальное заявление, но потом вдруг резко скинула напряжение, стала податливой, задышала прерывисто…
Сколько всё это продолжалось, определить было трудно, полностью отдался ощущениям, выключив мозг. Когда всё закончилось, повалился на спину и закрыл глаза.
Она молчала секунд двадцать, потом всё-таки рассказала мне «душераздирающую» историю про изнасилование и снова смолкла.
Я выждал какое-то время.
— А ты где-то училась на целительницу? — осторожно закинул крючок. — Или папа всему научил?
Пришлось ставить ударение на последний слог. И ещё в голове закрутилась мысль о преемственности целительского Дара. Ничего о таком не слышал. Или это чистое совпадение, что и отец и дочь с Даром родились? Надо будет как-то осторожно про маму спросить, может тут дело в генах? Дар — это рецессивный, и если оба родителя являются его носителями, то и ребёнок обязательно родится с Даром. Хотя, так бы они уже давно приметили эту зависимость, и даже не разбираясь в генетике, стали бы вступать в отношения только между собой.
А что ты вообще знаешь о целителях? — тут же задал себе вопрос. — Может они именно так и поступают, а произошедшее сегодня — это из ряда вон выходящее. Так что гордись — жант-риттер армии храмовников — целительницу соблазнил.
— В схоле в Магиорде, — ответила Лиона не без лёгкого хвастовства в голосе. — Ну и папа много помогал.
— Хм, интересно, — я придал голосу абсолютную незаинтересованность, как будто так, между делом спросил, — А в схолах всю правду о целителях рассказывают?
Лиона приподнялась на локте, попыталась разглядеть моё лицо, а я видел только водопад её распущенных волос, ниспадающий до чего-то вроде толстой кошмы, устилающей дно повозки.
— А ты почему спросил?
— Интересно просто, — выдохнул непринуждённо. — В народе-то разное рассказывают, а в схолах, небось, ложью сплошной вас кормят…
Ещё один крючок, простенький.
— Нас? — спросила она тихо и усмехнулась. — Нас не так просто накормить ложью. Настоящая история Ордена целителей передаётся из уст в уста, от мастера-целителя к младшим братьям-лекарям. Это у нас такая иерархия, — добавила, объясняя.
— А как же учителя в схолах?
— Ну, общепринятая версия не сильно отличается, разве что в деталях.
— Но эти детали как раз и самые важные, да? — предположил я. — И именно об отличии этих деталей вам потом рассказывают тайно.
— Откуда ты знаешь? — шёпотом спросила Лиона, да и я как-то незаметно стал говорить тише.
— Интересуюсь с детства, слушаю, что говорят, обдумываю потом. Самая интересная страница в истории Ольджурии, ты так не считаешь?
— Наверное, — невнятно ответила она. Я протянул руку, стал нежно играть водопадом её волос.
— Ты знаешь, — придал голосу горечи, — Я родился в очень бедной семье и на схолу денег не было. А я очень хотел учиться. Просто болел историей, думал вот подросту, отдадут меня в схолу, и я стану великим архисториком. Но, увы. Расскажи хотя бы, что об этом говорят в схолах. Пожалуйста.
Лиона вздохнула, словно сомневаясь, или собираясь духом, потом снова прилегла, положив голову мне на грудь, принялась гладить рукой то бедро, которое сама недавно лечила, и наконец, задала вопрос.
— Ты с самого начала хочешь?
— Если тебе не трудно. Я кое-что знаю, но у тебя же знания полные, не то что мои. Неуч я.
— Не говори так, — она шлёпнула мне ладошкой по животу. — Ты очень умный и мне легко с тобой общаться. Даже и не скажешь по тебе, что обычный простолюдин. Как будто тоже схолу закончил.
Я улыбнулся краешком рта, всё равно не разглядит в темноте. А Лиона помолчала немного, наверное, дожидаясь моей реакции, но так и не дождавшись, стала говорить дальше, перейдя непосредственно к интересующей меня теме.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
